Новости педагогам

СБ: Практически все эксперты говорят о том, что не надо уходить от методов централизованного тестирования, но стоит их совершенствовать. Как это сделать?

В. Гинчук: У ЦТ есть резерв развития по нескольким направлениям. Во-первых, сами тестовые задания. Если мы возьмем первые тесты, которые только стали проводить в нашей стране в начале 2000‑х, и нынешние, то увидим, насколько вырос их уровень. Это не просто набор заданий, где, как кажется некоторым, можно угадать ответы. Задание по истории, например, предусматривает проверку не только дат и личностей, но и признаков исторических понятий, картографических знаний, причинно-следственных связей, сущностных характеристик исторических явлений и процессов. Абитуриенту нужно думать, анализировать, сравнивать, систематизировать, обобщать учебный материал, то есть от него требуется не только память, но и историческое мышление. Уверена, ставка на это будет делаться и дальше.

В части совершенствования содержания теста, на мой взгляд, есть резерв и в виде так называемой части С, предполагающей развернутый ответ на вопрос, аргументированное высказывание, оценочное суждение. Правда, в случае введения этой части потребуется решение вопросов, связанных с разработкой критериев объективной оценки.

Способствует совершенствованию вступительных экзаменов и введение централизованного экзамена. Во-первых, снизится нагрузка на ребят. Сдав ЦЭ, выпускник средней школы получит отметку в аттестат об общем среднем образовании и сертификат с количеством баллов (по 100‑балльной шкале) для предъявления при поступлении в вуз. Удобно, согласитесь. Во-вторых, ЦЭ будет «внешним» по отношению к школе, в которой учился ребенок. То есть независимая форма итоговой аттестации, оценивать всех выпускников страны станут по единым критериям.

Сегодня педагоги обсуждают вопрос: по каким учебным предметам нужно проводить централизованный экзамен. Мне представляется разумным следующее: обязательный экзамен по одному из государственных языков (русский или белорусский язык), а затем нужно дать выпускнику возможность выбрать учебный предмет (или учебные предметы) для сдачи централизованного экзамена. Предполагается, что ученик выберет то, что нужно ему для поступления.

Валентина Гинчук.

Ирина Родик.

Инна Баласанян.

И. Баласанян: В предстоящих изменениях, связанных с ЦЭ, я вижу много внимания и заботы к выпускникам. Понимаю, что стресс ребенка будет максимально минимизирован. Простая и удобная схема: меня как маму это не может не радовать.

В. Гинчук: Но при всех плюсах централизованного экзамена остается нерешенной задача, которую поставил Глава государства: мы должны видеть абитуриента. Конечно, за бланком теста (даже со всеми правильными ответами) личность абитуриента рассмотреть трудно. Но в этой ситуации можно обратиться к тем, кто абитуриента знает хорошо. Это школа, где ученик учился 11 лет. Даже самому высококвалифицированному преподавателю учреждения высшего образования во время устного вступительного экзамена вряд ли удастся узнать абитуриента лучше. Поэтому решение задачи видится в том, чтобы школа предоставляла на выпускника характеристику. Это, конечно, не нововведение. Когда-то данное правило действовало и было обязательным. Сегодня подобная практика существует для выпускников педагогических классов.

СБ: Но не станет ли такая характеристика предметом манипуляций со стороны педагогов? Иногда негативное отношение учителя к ученику может формироваться и без объективных на то причин.

И. Баласанян: Согласна с вами, такие ситуации случаются. Иногда личная неприязнь может возникать на пустом месте, без основания. Бывает, учитель не видит потенциал ребенка и даже загоняет его в рамки «это тебе не по плечу». Поступление в вуз — новая траектория не только в учебе, но и в жизни. Для многих это шанс начать с нового листа. Может, не стоит лишать молодых людей такой возможности? Или же при введении обязательной характеристики необходимо предусмотреть ее общую форму с конкретно прописанными пунктами.

И. Родик: Я понимаю, о чем вы говорите: о субъективности характеристики. Но обратите внимание, ее будет составлять не один учитель и даже не клас­сный руководитель, а педагогический совет школы — коллегиальный орган. 

В характеристике отражаются не только и не столько результаты успеваемости, а морально-нравственные качества учащегося, его отношение к учителям, одноклас­сникам, насколько он был активен в общественной жизни класса и школы, его гражданская позиция. 

Допустим, ученик показывает не очень хорошие результаты в учебе, но он активный, творческий, инициативный — такая характеристика для него станет дополнительной возможностью при выборе профессии. А еще стимулом для взаимно уважительных отношений учитель-ученик, не вижу в этом ничего дурного.

В. Гинчук: Мне кажется, скорее возможна другая ситуация: характеристика станет сочинением, восхваляющим выпускника. Поэтому соглашусь с тем, что стоит определить единые для всех школ вопросы, критерии, на которые должны быть даны четкие ответы, характеризующие личные качества ученика, его гражданскую и мировоззренческую позицию, творческий потенциал.

СБ: Если мы уйдем от ЦТ и придем к двум ЦЭ, серьезно сузится последующий выбор университета.

И. Родик: Порой у абитуриентов на руках оказывался целый веер сертификатов — такого не должно быть. 

Нужна четкая предметная направленность, чтобы ребенок не выбирал вуз по принципу «куда позволяют баллы». Иначе мы получаем студента, которому сложно, скучно, неинтересно. И даже если у него будет высшее образование, высока вероятность, что мы потеряем подготовленного для определенной сферы специалиста, — он не будет там работать.

Любая свобода выбора должна быть осознанной. Мы об этом говорим. В школах вводится допрофильная подготовка уже с восьмого класса, в 10 — 11-м классах — профилизация, когда дети четко выбирают предметы и углубленно их изучают. Все это позволяет школьникам определиться с направлениями, которые будут важны в выборе профессии. И пусть лучше они поймут, что это не их профиль, до поступления в университет. Но раз уж мы затронули эту тему, хочу обозначить проблему: у учащихся профильных классов крайне высокая нагрузка: семь-восемь уроков в день, факультативные занятия, домашние задания. Может быть, стоит рассмотреть вариант изучения других дисциплин в чуть меньшем объеме.

И. Баласанян: Возможно, кто-то из родителей со мной не согласится, но то, что ребенка мотивируют выбирать профиль и не бегать от одного вуза к другому, — это правильный шаг в формировании осознанности. Сократятся такие ситуации, когда человек получил образование и положил диплом на полку.

СБ: Не опасаетесь, что при сильном отличии формы ЦЭ от привычного ЦТ детям сложно будет быстро сориентироваться и подготовиться?

И. Родик: Задача школы  не только в подготовке выпускника к ЦТ. Она намного глобальнее и масштабнее. Мы развиваем общую культуру личности, чувства гражданственности, патриотизма. Сегодня важно формировать у учащихся функциональную грамотность, чтобы они умели применять приобретенные знания и навыки для решения задач в различных сферах.

В. Гинчук: Централизованный экзамен планируется проводить в форме, аналогичной ЦТ. Сегодня мы говорим о том, что в тесте будет увеличено количество заданий части В: она предполагает не просто выбор ответа из предложенных, а решение задач и вписывание полученного ответа в бланк. 

Поэтому важно не натаскивать на выбор ответа, а учить думать, рассуждать, решать задачи. 

Учитель должен делать это на каждом уроке! К слову, у нас немало педагогов, которые на основе того же тестового задания, направленного на установление причинно-следственных связей между историческими фактами, умеют организовать на уроке анализ исторических документов, работу с картосхемами, иллюстрациями и обмен мнениями.

azanovich@sb.by